Голоса деймонов  - Филип Пулман

Они стояли, держась за руки, и ждали конца.

«Малыш Тим» — иллюстрированная книжка для маленьких, поэтому вполне естественно, что уже на следующей странице появляется спасательная шлюпка; но Тим и капитан об этом еще не знают, когда стоят на мостике и держатся за руки в ожидании конца. Стать гражданином Небесной республики можно в любом возрасте.

Итак, этот смысл, в котором мы нуждаемся, эта связь со Вселенной в целом, это ощущение того, что мы принадлежим чему-то большему и что-то значим, проистекают отчасти из тех нравственных и социальных принципов, которые должна воплощать в себе Небесная республика. Граждане Республики связаны друг с другом нравственными узами. На нас лежит ответственность перед другими людьми, а на них — перед нами. Мы не какие-то изолированные существа, сосредоточенные только на самих себе, — мы живем в обществе себе подобных.

Но отчасти это чувство осмысленности и принадлежности к чему-то большему возникает еще и потому, что мы осознаем свою связь с природой и окружающим миром, а не только с другими людьми. Итак, Небесной республике присуще еще одно качество: она помогает понять, что этот мир — реальный мир, в котором мы живем, — бесконечно прекрасен, наполнен такой упоительной красотой, что стоит увидеть его однажды по-настоящему, и мы уже никогда не захотим ничего другого. Мы поймем, что эта земля и есть наша истинная родина. Как сказал Уильям Блейк, один из отцов-основателей Небесной республики: «Если б расчищены были врата восприятия, всякое предстало бы человеку как оно есть — бесконечным».

Что бы там ни говорил Олдос Хаксли, «расчистить двери восприятия» можно безо всяких наркотиков. Нередко для этого достаточно лишь отступить на шаг от привычной точки зрения. В одной из сказок Туве Янссон (а они, на мой взгляд, относятся к числу важнейших республиканских книг) маленькое существо, которому еще только предстоит стать Муми-папой, бежит из дома подкидышей и отправляется исследовать огромный мир. «У меня не было ничего своего, — вспоминает он впоследствии. — Я ничего не знал, но много во что верил. Я еще не обзавелся никакими привычками. И до чего же я был счастлив!»

И снова Блейк: